class="p1">— Кто скажет, что ты дядя — пусть первый бросит в меня камень, — хмыкнул я, помогая отцу подняться.
На этом все начали остывать. Куукаку, недовольно посмотрев на Иссина пожалела:
— Из-за тебя я протез сломала…
— Ничего, Ичиго всё мигом починит! — воскликнул отец, — Ичиго у нас рукастый парень…
Проблем действительно не было — с моей ладони сорвалась реяцу, которая обволокла Куукаку и погрузила в сон. Восстановить руку? Не смешите меня, с помощью камня реальности можно отрицать сам факт её потери… но я просто использовал свой контроль над рейши, чтобы вернуть на законное место симпатичную ручку, скопировал оставшуюся левую и отзеркалил. Новая рука была розовой — кожа ещё только появилась. Отец подхватил сестру и удивлённо на меня посмотрел:
— Не знал, что ты так можешь!
— Говно-вопрос. Ты лучше скажи, где тётушка умудрилась Хваталку свою посеять?
Гандзю тут же подскочил:
— Я пойду с вами!
Парень выглядел решительно. Иссин переглянулся с Масаки, а Ичиго — с Йоруичи.
Куукаку хлопнула брата по голове:
— Зачем тебе это, придурок?
Гандзю был просто эмоциональным монстром, из него так и хлестали эмоции! Кулаки сжал, орёт как ненормальный:
— Снигами убили нашего брата, я должен пойти!
Воцарилась недолгая пауза. Гандзю Шиба был настроен крайне решительно, он готов был вот-вот сорваться и пойти в сейрейтей. Однако, перебив Иссина, заговорил Ичиго:
— И зачем? Чего ты хочешь добиться? — от парня так и веяло скукой.
— Я хочу отомстить им за нашего брата!
Иссин начал понимать, а Ичиго спросил прямо:
— Ты собрался убивать шинигами?
— Да, — Гандзю немного даже остыл.
Ичиго посмотрел на Куукаку:
— Слушай, тёть, я понимаю отец, бывший капитан, но этот хрен почему суицидом заняться собрался?
Гандзю с подозрением посмотрел на Ичиго и закричал:
— Значит ты мне не веришь? Да я один уделаю десяток шинигами!
— Ну так покажи. Мам? Не спасёшь моего глупого дядю от самоубийства?
Масаки встала и прежде чем Шиба успел на неё накинуться, зарядила ему ногой по роже с разворота. Гандзю влетел в стенку, но оказался крепким малым, привыкшим к дракам, поэтому он отлип от стены и рванулся на противницу… Однако и во второй раз не свезло — Масаки поставила подножку и крикливый Шиба упал как раз лицом на грудь своей сестры. Куукаку не успела среагировать, поэтому увидев у себя на груди рожу брата, двинула его кулаком.
Ичиго обратился к тёте:
— Завтра на рассвете. Гандзю сможет самоубиться более продуктивным образом, чем лезть в Сейрейтей…
Куукаку немного оправдываясь сказала:
— Он ещё очень переживает из-за смерти брата. И наверняка сможет победить пару-тройку синигами.
— Лишаться родственника я не хочу, — улыбнулся Ичиго, — их потом очень трудно доставать с того света…
9. Колыбель для котёнка
Мацумото Рангику вскрикнула:
— Ня, какая милаха!
Маленький рыжий котёнок удивлённо повернул голову и сглотнул, увидев большущую грудь рыжеволосой синигами. Рядом с Рангику шёл маленький пепельноволосый мальчик, который, посмотрев на кота, на Мацумото, нахмурился, но промолчал. Рангику подошла к котёнку и погладила его по шёрстке. Рыжий котёнок скорчил довольную мордочку и с любопытством посмотрел на большущую качнувшуюся грудь Мацумото. Лейтенант, заметив взгляд кота, подмигнула:
— Извращенец маленький… хотя… ты что, голоден?
Котёнок неопределённо мяукнул и Рангику подняла его на руки, прижав к необъятной груди. Удобно устроившись аккурат между оными буферами, котёнок положил свою голову и выглядел довольным жизнью. Хицугая Тоширо только с недовольством покосился на кота, который так легко устроился в самом тёплом местечке. Котёнок же, поджав лапки, удобно устроился в ложбинке между грудями лейтенанта и мявкнул. Мацумото повернулась к капитану:
— Давайте оставим его!
Тоширо отвернулся:
— Пойдём дальше…
Так, устроившись на шикарной груди, клон Куросаки Ичиго мог наблюдать, что называется, из первого ряда, за всем происходящим.
Тем временем восьмой офицер седьмого отряда вёл за собой дюжину низкоранговых шинигами с клинками-асаучи. Они бежали в направлении Риока. И не прогадали. За углом заметили красную шевелюру.
— Вон он!
Их взгляду предстал страшный человек — алые как кровь волосы, грубые черты лица, пирсинг на всю рожу, наглый взгляд. Он достал меч и махнул в сторону шинигами. Гецуга Теншо прошла мимо шинигами, но некоторых напугала до дрожи в коленках…
* * *
Куросаки Ичиго.
* * *
Диверсант я или не диверсант? Диверсант. А значит для меня ломиться через все преграды, с шумом, помпой, пафосом — позорище. Поэтому я сидел в башне раскаяния в форме кота и ждал, когда наконец сюда приведут Рукию. Местечко — ужасное. Да, действительно, полная хрень.
Лежать на этом поглощающем реяцу камне было неприятно, но надо. Я наконец дождался — дверь открылась и в неё вошла Кучики. Девушку завели сюда шесть шинигами. Они отцепили какую-то хрень от её шеи и покинули башню, оставив Рукию сидеть внизу. Я был чуть сверху, в одном из вентиляционных окошек. На свежем ветерочке — что поделать, люблю ветер.
Спрыгнул вниз и бесшумно подошёл к Рукии. Девушка выглядела очень неважно — под глазами круги, видимо, натерпелась разного. Я мявкнул, чем заставил её резко обернуться. Рукия уставилась на меня.
— К… кот?
— Хорошо что с кошкой не спутала, — сказал согласно я, — ну так что, Рукия-чан. На кой хрен ты пошла сюда?
Рукия удивилась говорящему коту больше, чем чему-либо ещё. Она посмотрела на меня пристально. Хм. А надо признать — девушка она симпатичная. Миниатюрная, с небольшой, но аккуратной грудью, приятными чертами лица и красивым взглядом. Мне понравилась. Характера кроткого, не то что Йоруичи. Может быть, даже позаигрываю, чтобы Йору-чан поревновала и не думала, что я её послушный маленький котёнок, который её боготворит. А то привыкла в среде своих блаародных к поклонению…
— Что ты здесь делаешь?
— Тебя спасать пришёл. Но пока не время, — я приблизился и превратился в Ичиго-маленького, — за нами нет слежки. Отлично.
— И… это ты? — Удивилась Рукия.
— Ага.
— И какого же хрена, позволь спросить, ты пошла за своим брателлой, если обвинение явно сфабриковали?
Рукия сглотнула:
— И вообще, чего это я должна перед тобой оправдываться? Ты, какого чёрта ты здесь делаешь? Я здесь между прочим к смерти готовлюсь!
— Дура! Воскликнул я, — неужели ты уже жить расхотела. Ух, нет у меня времени с тобой цацкаться, — я приставил руку к её груди. Рукия резко покраснела и хотела было оттолкнуть меня, но не получилось — я не шелохнулся. Она была прижата к стенке. Ну да, понимаю, ситуация щекотливая — парниша прижимает к стеночке девушку, только к груди я дотронулся посередине,
